После царских бань мы поехали туда, где живёт настоящий Гондэр, — на местный рынок.

Рынок как машина времени

Локальный рынок — это что-то. Меня сразу отбросило в российские 90-е, когда всё покупалось на вещевых рынках. Здесь есть всё: еда и не еда, ткани, стройматериалы, инструменты для огорода. Тут же шьют и подшивают. На мой вопрос гиду, производят ли они что-то сами, ответили: нет, в основном перепродают, разве что могут что-то доделать. Рынок — это и место жизни: здесь работают, растят детей, едят и спят.

Одним ходить не рекомендуют — только группой и с гидом. Все вещи держать в зоне прямой видимости и никуда далеко не засовывать. Не все любят, когда их фотографируют, и лёгкое напряжение в воздухе чувствовалось. Сказать, что было комфортно, не могу. Но это была настоящая местная жизнь, без декораций.

То, что здесь называют супермаркетом, на самом деле просто магазин с широким выбором. Это не тот супермаркет, к которому мы привыкли, где дороже и качественнее. Местные его не очень жалуют: на рынке дешевле.

Исчезнувшие профессии

На центральной улице я встретил профессии, которые у нас давно исчезли. Многочисленные чистильщики обуви со щётками и баночками крема. Люди с напольными весами, которые предлагают взвеситься прямо на тротуаре за мелочь. Продавцы сахарного тростника с тачками. Смотришь на это и понимаешь, как быстро наш мир ушёл вперёд и как много людей живут иначе.

Культ кофе

Эфиопия — родина кофе. По легенде, пастух Калди заметил, что его козы становятся бодрыми, пожевав красные ягоды с одного куста. С тех пор кофе здесь не просто напиток, а ритуал. Кофейная церемония — это обжарка зёрен прямо при гостях, варка в глиняном кувшине «джебене» и обязательный ладан, который курится рядом. Чашек положено выпить три: третья приносит благословение. Я не любитель кофе, но наблюдать было интересно. И да, попробовал тоже, мягкое показалось. К кофе подают обжаренные зёрна ячменя и бобовых, их можно грызть, как семечки.

Я не встречал курящих здесь. Это не просто запрет, а некое социальное порицание: курильщик теряет уважение. А вот кат — листья кустарника, которые жуют, чтобы сосредоточиться и взбодриться, — в Эфиопии легален и очень популярен. Насколько он влияет на сознание, мы не проверяли. Что-то похожее я встречал в Южной Америке.

Свет включается кварталами

Светофоры в городе есть, но они просто не работают. Люди при этом ездят, почти не сигналя, — не то что в Египте. Вечером с высоты отеля было интересно наблюдать, как гаснет свет: один район отключился, потом включился другой. Генераторы есть, но перебои влияют на всё: горячую воду, приготовление еды, интернет.

Сервис — как могут, так и делают. Менталитет и формат жизни здесь другие, и это нужно принимать. До уровня 5-звёздочного отеля еще нужно докрутить все этапы жизни.

Лимон как признание в любви

Гид рассказал о древней традиции, которая мне очень понравилась. На больших праздниках, особенно на Тимкат, легко найти пару или просто познакомиться. Если юноше понравилась девушка, он бросает в неё лимон — не в голову, конечно, а так, чтобы попасть. Если девушка подняла лимон, можно подойти и познакомиться. Если проигнорировала — значит, нужно иметь в запасе ещё лимоны.

Солнце, вера и школа

Солнце здесь ядрёное, экватор близко, а высота большая. Местные сами говорят, что постоянно находиться под таким солнцем вредно для кожи, поэтому закрывают тело тканью. Белая накидка нетела — типичная одежда для церкви. Монахам и тем, кто учится при христианском храме, принято подавать еду: это считается благословением. Я думал, такое бывает только в буддизме, но оказывается, практикуется и здесь.

Дети учатся в две смены, есть школьные автобусы. У каждой школы своя форма: за городом синяя, в городе фиолетовая. Начальная школа бесплатная. Если ребёнок подаёт надежды, государство может оплатить университет, но с условием: найдя работу, выпускник возвращает стоимость обучения. По-моему, честная сделка.

Далеко от дома

До Аддис-Абебы можно добраться на машине, но сложно и займёт дорога весь световой день. Она идёт через горы, и обстановка неспокойная. Самолётом — чуть больше часа. За границу большинство не выезжает никогда: это очень дорого.

К людям из России относятся с благодушием. Отчасти по старой памяти: в 1970–80-е Советский Союз активно поддерживал Эфиопию. По сути, туристы помогают стране жить и выживать: туризм — одна из ключевых отраслей экономики, наряду с авиацией. Ethiopian Airlines — это национальная гордость и один из главных источников валюты.